Твердь. Работа

Иннокентий закрепил паяльник на подставке и судорожно выдохнул. В отличие от некоторых коллег, он не ощущал особого вдохновения при пайке, а только переживал за ее результат. Результат, кстати, получился так себе. Контакт хороший, но дергать проводки для проверки надежности явно не стоит. Впрочем, переходник должен продержаться максимум два часа, пока данные будут копироваться на штатный носитель.
Пещерский осторожно воткнул хлипкий разъем в порт считывателя данных и запустил опрос уровней*. Схема порта на экране окрасилась в зеленый и желтый.
"Пойдет передача", - подумал Иннокентий и запустил считывание в консольном режиме, чтобы было меньше сбоев**.
Раздался громкий писк. Пещерский вздрогнул и чуть не нажал на клавишу аварийного прерывания, но вовремя отдернул руку, сообразив, что пищит коммуникатор.
- Принять сигнал, - проворчал он в пустоту.
Часть стены замерцала, и на ней появилась часть заваленного какими-то распечатками рабочего стола, затем камера сместилась, и в кадре оказался научный руководитель.
- Добрый день, Нобунага-сэнсэй! - Иннокентий сделал вид, будто хочет встать и поклониться. Старик профессор обожал приверженность традициям, а Пещерскому в сущности ничего не стоило подарить ему эту маленькую радость, пусть даже он и вломился посреди эксперимента.
- Сидите, сидите, - заулыбался профессор, - как продвигается работа?
Иннокентий слегка подвинулся, чтобы Нобунаге был виден лог*** считывания.
- Копирую файлы адмирала, надеюсь, не побьются при скачивании... Через два-три часа смогу точно сказать, что из этого вышло.
- Отлично. Тогда, если копирование удастся, можно будет запустить переходник в малую серию. Вы сообщите мне, как только закончите.
- Конечно. Лог Вам переслать, или сразу в инженерный?
- Лучше мне, а я уже буду общаться с Лебедевым.
- А, Лебедев уже вышел? Тогда и вправду лучше через Вас...
- Да, Иннокентий. Мы тут посовещались с Вашим отцом и решили Вас нагрузить еще одной работой. На этот раз уже с полной оплатой.
- В Институте?
- Нет, числиться будете за Магистратом Города 12-ти Ворот. Может быть, нужно будет даже там появляться время от времени. Им нужно две книги об основании Ордена - полная, для внутреннего пользования, и краткая - на Рынок. Вы историю знаете из первых рук, слог у Вас хороший...
- А Орден уже согласен на мою кандидатуру?
- Да, мы им показали пару Ваших сочинений, и они согласны.
- Простите за нескромный вопрос - сколько они готовы за это заплатить?
- Они дают ставку протоскриптора-супернумерария(3*). В случае успеха издания, если захотите, включат в списки Великого Скриптория(4*).
Иннокентий замер. Нобунага тоже молчал, явно наслаждаясь его реакцией.
"Если у меня сейчас челюсть не отвисла, то глаза уж точно вытаращились", - подумал Пещерский, но в тот же миг эта дурацкая мысль улетучилась, сменившись более трезвой и ясной.
- Кажется, я понял, в чем подвох, - произнес он, - Там каждое слово выверять придется...
Профессор снова расплылся в довольной улыбке, радуясь сообразительности ученика.
- ... То есть, фактически, они хотят, чтобы я написал легенду на основе реальных событий... - продолжил Пещерский.
- ...В которой ни слова не будет о том, кто и зачем на самом деле создал Орден, - закончил Нобунага.
- Ни в полной версии, ни в краткой?
- В полной - намеками, в краткой - ни слова.
- Профессор, а почему мы так боимся разглашения?
- Да мы не боимся. И те, кто хотят, узнают правду. Но в окрестных мирах ни одна уважающая себя организация не обходится без тайны. Если Орден будет все про себя рассказывать, никто не поверит, и не будет отбоя от параноиков (5*). А когда народ захочет сенсаций и разоблачений, мы сами сможем это обеспечить.
- Тогда моя совесть более-менее спокойна.
- Вы согласны?
- Работа, конечно, еще та, но я согласен. От таких предложений редко отказываются.
- Вот и здорово. Со следующей недели приступайте. И постарайтесь, все-таки, на этом фоне не запускать диссертацию.
- Постараюсь. Но замедлить темп придется.
- Конечно, понимаю. Звоните, когда будет результат.
- Хорошо. До свидания, Нобунага-сэнсэй.
Экране погас. Пещерский встал из-за стола, подошел к вентиляционной решетке, и погрузился в раздумья, подставив лицо под поток воздуха. Он явно посвежел, и очиститель уже не рычал так сильно, как до дождя.  Дождя, угасившего желание выбраться с Тверди. И вот, сразу же появилась реальная перспектива это сделать. "Мы получаем желаемое тогда, когда перестаем этого напряженно ждать", - вспомнил Иннокентий.
Мысли роились в голове, складываясь в образы и тут же рассыпаясь как в калейдоскопе - белые стены и мозаичные площади, причудливые деревья и веселые фонтаны, шумный Рынок и величественный Шпиль Совета. В мечтах о Городе Пещерский не заметил, как прошло пол-часа, и лог считывания завершился записью об успехе копирования. Компьютер подождал две секунды и издал мелодичную трель. Грезы рассеялись, Иннокентий упал в кресло и начал сосредоточенно вводить команды. Проверка разметки, заполнение объема, корректность трансляции данных, совместимость форматов... Форматы, конечно же, оказались "родными", но, по крайней мере, описанными в спецификации. Можно было "допилить" под них уже имеющуюся программу расшифровки, а не изобретать новую. Исследование близилось к наиболее интересной фазе.

---
* - проверка соответствия электрических уровней сигнала передатчика и приемника. Уровню логического нуля традиционно соответствует 0 вольт, логической единице - уровень питания, т.е. +5, +12 или (реже) + 24 вольта.
** - при работе в консольном (текстовом) режиме отсутствует вероятность того, что внутренние команды графической среды будут блокировать команды процесса.
*** - протокол работы программы, в котором фиксируются все ее действия, а также произошедшие ошибки.
(3*) - протоскриптор - чиновник Магистрата, ответственный за сбор и обработку данных для городского архива. Супернумерарий - сверхштатный сотрудник. Протоскриптор-нумерарий имеет право через три года работы стать патрицием города.
(4*) - часть городского архива, в которой хранятся и собираются сведения о межмировых отношениях. Городская летопись хранится и пишется в Малом Скриптории.
(5*) - здесь вспоминается католическая прелатура "Опус Деи", прославленная на весь мир Дэном Брауном как "зловещая тайная организация Ватикана". Непонятная никому цель достижения святости в обыденной жизни (не может быть, чтобы они этим на самом деле занимались!) и особенности ватиканской бюрократии создали покров тайны там, где его не должно было быть.

Твердь. После дождя

(спустя три года с момента событий "Твердь. Этюд")

Иннокентий стоял на гребне Тихого кратера, жадно и недоверчиво вдыхая свежий, пахнущий озоном воздух. Под ногами хрустела корочка новой, такой знакомой и, в то же время незнакомой почвы.
"Дождь! Первый дождь!" - рвался из глубин сердца ликующий клич.
Первый дождь на Тверди, где его видели только на картинках и в фильмах про другие миры! Где каждый ксеноисторик* считал своим долгом привезти из другого мира фотографию радуги! И пусть в Координационном Центре сейчас уже спорят, что кроме дождя принес этот свежий ветер, но Иннокентий уже 15 минут стоял без фильтрующей маски, и искренне полагал, что эти 15 минут без респиратора стоят всей жизни в респираторе. И теперь, именно теперь - потом это чувство ослабнет, - даже если этот дождь был предвестником неведомого катаклизма, Иннокентий готов был даже погибнуть за эти 15 минут на свежем, не заполненном пылью воздухе.
Вездесущая пыль, ставшая одним из символов Тверди, за время дождя склеилась в однородную хрупкую, похожую по консистенции на фарфор, а по цвету на розоватый мрамор субстанцию.
"Теперь будет бликовать и слепить глаза", - подумал Пещерский-младший, - "но хотя бы обратно в порошок не превращается".
Эйфория понемногу отступала, оставляя в голове пустоту, в которой звучали легкие ноты грусти и усталости.
Иннокентий взял себя в руки и снял с пояса портативный анализатор. Рядом в углублении скопилось немного дождевой воды, еще мутной от пыли. Включив режим забора проб без нагрева**, Пещерский поднес патрубок водозаборника к поверхности лужи. Анализатор пискнул, пожужжал и высветил на табло: "Вода техническая. Стандарт III".
"То есть, как после трех циклов рециркуляции. И то хлеб", - пробормотал Иннокентий, и закачал оставшуюся воду в переносной насос-резервуар.
"Жаль", - подумал он, - "что на Тверди никто никогда не предполагал строить систему сбора ливневой воды. А теперь, если, конечно, дождь был не последний, придется и ливневую канализацию прокладывать".
Легкие облака - явление, в общем-то, обыденное, разве что не здесь - уползали в сторону Долины Порталов, и начинало припекать, почти как в Городе 12-ти Ворот. С непривычки даже казалось, что спектр Светила сдвинулся в желтую сторону. Спектроанализатор остался дома, и проверить это было невозможно.
"Не вернуться ли домой?" - спросил себя Пещерский.
Дома ждала диссертация, вернее - старый носитель информации из чужого мира, который нужно было заставить поделиться секретами. И на почве навеянного дождем оптимизма у Иннокентия даже появилась идея, как это сделать. Но он, все же, решил не спешить с возвращением, и поискать в окрестностях еще лужи - вода в любом хозяйстве пригодится, а в гидропонном - в особенности.
Включив поляризацию защитных очков (все-таки пригодились!), Пещерский побрел по гребню кратера. Новая-старая почва действительно отблескивала разноцветными искрами, но в очках эти блики можно было терпеть. Светило уже карабкалось к зениту, и Пещерский с радостью отметил, что дополнительных средств защиты от солнца придумывать не придется.
Начинался полдень новой эпохи и, что бы ни ждало впереди, начало было хорошим.

Твердь. Этюд

Иннокентий Пещерский привычным движением поправил фильтрующую маску и шагнул за порог. Фонтанчики бежевой пыли взметнулись из-под ботинок и опали, не оставляя следов на шелковистой ткани комбинезона. Пыли на Тверди было великое множество и разнообразие. Порой казалось, что этот усталый мир стремится рассыпаться на мельчайшие частицы, но неведомая сила пока еще удерживает его. Каждое утро роботы вычищали площадку Академгородка, но уже к полудню ветер успевал нанести с гребня Тихого кратера несколько тонн «свежей», как здесь говорили, пыли. Из-за этого приходилось постоянно ходить в респираторе, а в особо ветреные дни – и в очках. Когда-то, до Потери Связи, всерьез рассматривался проект стеклянного купола над Академгородком, но материалы так и не завезли. А теперь завозить было уже неоткуда.
Все та же пыль, а отнюдь не капельки воды, как в иных мирах, создавала в небе мягкую дымку, скрывавшую от глаз огромное багровое Светило, носившее весьма непоэтическое имя RGA-75538. Назвать его как-то по-другому было лень, да и не всегда жители поверхности соотносили мягкий розово-золотистый «вечный закат» Тверди с этим жутковатым красным гигантом. Персонал орбитальной станции «Цитадель» часто от нечего делать придумывал светилу разные прозвища, но ни одно из них так и не прижилось.
Пещерский снял с пояса светящийся жезл и прислушался. Было тихо. По гребню кратера изредка пробегали маленькие смерчи, сдувая вниз вездесущую пыль. Иннокентий оглянулся на дом. Окна камбуза светились желто-оранжевым, размытые блики от них играли на матовых стеклах купола оранжереи.
Хронометр пискнул один раз. Небо постепенно окрашивалось в лиловый. На крышах домиков понемногу начали зажигаться огни опознавательных маяков. Белый парус Координационного центра потускнел, на нем уже отчетливо выделялись ряды освещенных окон.
Хронометр пропищал два раза, и со стороны гребня послышался гул двигателей. Иннокентий надел защитные очки и включил жезл.
Пузатый антиграв-рефрижератор, вздымая тучи пыли, выбрался из-за гребня и нырнул в долину, подслеповато помаргивая проблесковыми огоньками. Пещерский приветливо помахал роботу жезлом и шагнул в сторону, помня о погрешности позиционирования. Антиграв с усталым вздохом опустился на площадку. Люк в его борту открылся, и оттуда выехал покрытый инеем контейнер со льдом. Иннокентий передвинул контейнер с аппарели на стоявший рядом транспортер. Рефрижератор захлопнул люк и, ворча силовой установкой поднялся в воздух. Ему предстояло доставить суточный запас питьевой воды еще в 26 домов.
Пещерский включил транспортер. Небо посерело, размывая очертания гребня Тихого кратера. Где-то верещали скальные крысы. Сияли опознавательные гирлянды Университета и Координационного центра. День подошел к концу.

Корианская Империя. Концепция

Корианская Империя – осколок некогда великой Первой Галактической Империи в мире Звездных Войн. Располагалось это государство в туманности Дорьянд рядом с искривлением Тоогар. Искривление препятствовало нормальным гиперпрыжкам из туманности и в нее (что роднит Кориану с Твердью и Городом). Благодаря этому, в годы Галактической Империи здесь располагались крупные оборонные НИИ, а после ее падения сюда прибыли части Императорского Преторианского корпуса под командованием Фридриха Вайсмана. Таким образом, под руками (кто-то скажет, в руках) местной правительницы – великой герцогини Дианы фон Райн оказался довольно-таки мощный военный потенциал, побудивший ее развязать войну с соседними планетарными союзами под лозунгом возрождения Великой Империи. В это самое время командующим Секторальным флотом (т.е., флоте, предназначенном для защиты туманности Дорьянд) имел несчастье быть назначен контр-адмирал Тим Вальд (Вольдемар) фон Бользен, полу-корианец, полу-ондеронец, при Галактической Империи прошедший обучение в ондеронском филиале Высшей Военно-Космической Академии по специальности «координация военно-космических сил» (дополнительная – корабельные интеллектуальные системы управления и жизнеобеспечения)...

Город 12-ти Ворот. Концепция

Город 12-ти Ворот - изначально - огромная, выложенная мрамором площадь, обнесенная стеной, в которой были размещены 12 порталов (уже двунаправленных). За стеной - невидимый Барьер сферической формы, за который проникнуть пока не удалось. Эксперимент ибн-Абулафии-Ленцова запустил все порталы, но благодаря расторопности Координатора Тверди Гуго Базны Город удалось оперативно заселить добровольцами. Переселенцы с Тверди для маскировки создали окутанный многочисленными тайнами и мифами Орден Синих Волшебников, контролирующий жизнь Города. Очень скоро Город стал торговой площадкой, соединившей окрестные миры.

Твердь. Концепция

Твердь - планетоид (т.е., астероид более-менее правильной формы с атмосферой, пригодной для дыхания), лишенный растительности. На нем находится так называемая Долина Порталов - комплекс древних сооружений, связывающих планетоид с иными мирами. Для ее исследования на планетоиде построен Академгородок - здание НИИ Пространственной Физики (ныне - Университет Тверди), лаборатории, дома для сотрудников и их семей, гидропонные фермы, на которых выращивают съедобные грибы и различные культуры дрожжей (о дрожжевом рационе замечательно рассказывается у Азимова в "Стальных пещерах"). На орбите построена оборонительная станция "Цитадель". Академгородок располагается в кратере Тихом. Подробнее об этом см. "Твердь.Этюд"
Катаклизм, называемый на Тверди "Потеря связи", отрезал планетоид от остальной галактики, и его обитатели не знают, что случилось с остальными планетарными системами. Ближайшая звезда через 45 лет после "Потери связи" превратилась в сверхновую (вернее, через 45 лет это зарегистрировал телескоп "Цитадели"), поэтому высказываются худшие предположения. В любом случае, с "большой земли" уже 45 лет не приходил ни один транспорт, каналы квантовой связи молчат, а на Тверди нет ни кораблей, расчитанных на дальние перелеты, ни ресурсов, чтобы их построить.
Порталы Долины связывают Твердь с кардинально иными областями пространственно-временного континуума, как минимум с планетами иных галактик. Более того, все они, как установили ученые Тверди, работают на выход. Поэтому у жителей Тверди иногда развивается "портальная паранойя", ярким выражением которой стало строительство вокруг Долины комплекса оборонительных сооружений ("Периметр").
В 25-м году после Потери связи под руководством Ибрагима ибн-Абулафии и Х.С. Ленцова была построена "петля перехода", позволяющая переместиться с Тверди в соседний мир, названный "Город 12-ти Ворот". С этого момента начинается бурное развитие межмировых исследований, подспудная цель которого - найти кружной путь в собственную галактику.

Некоторые обновления

Снова написалась маленькая зарисовка из цикла Тверди. Я предполагаю, что она встроится в несколько большее произведение, для начала - такое же лоскутное, как у меня обычно получаются. В нем будут элементы фанфика по Звездным Войнам, вернее - сиквела к фанфику г-на Вайсмана "Корианский кризис". Сам фанфик, похоже, не сохранился даже в кэше Гугла (а на archive.org ради такого дела лезть лень).

Перед тем, как начать выкладывать здесь этот сомнительной ценности опус, для себя и читателей (буде таковым случиться) вкратце обрисую концепцию:

Твердь - планетоид (т.е., астероид более-менее правильной формы с атмосферой, пригодной для дыхания), лишенный растительности. На нем находится так называемая Долина Порталов - комплекс древних сооружений, связывающих планетоид с иными мирами. Для ее исследования на планетоиде построен Академгородок - здание НИИ Пространственной Физики (ныне - Университет Тверди), лаборатории, дома для сотрудников и их семей, гидропонные фермы, на которых выращивают съедобные грибы и различные культуры дрожжей (о дрожжевом рационе замечательно рассказывается у Азимова в "Стальных пещерах"). На орбите построена оборонительная станция "Цитадель". Академгородок располагается в кратере Тихом. Подробнее об этом см. "Твердь.Этюд"
Катаклизм, называемый на Тверди "Потеря связи", отрезал планетоид от остальной галактики, и его обитатели не знают, что случилось с остальными планетарными системами. Ближайшая звезда через 45 лет после "Потери связи" превратилась в сверхновую (вернее, через 45 лет это зарегистрировал телескоп "Цитадели"), поэтому высказываются худшие предположения. В любом случае, с "большой земли" уже 45 лет не приходил ни один транспорт, каналы квантовой связи молчат, а на Тверди нет ни кораблей, расчитанных на дальние перелеты, ни ресурсов, чтобы их построить.
Порталы Долины связывают Твердь с кардинально иными областями пространственно-временного континуума, как минимум с планетами иных галактик. Более того, все они, как установили ученые Тверди, работают на выход. Поэтому у жителей Тверди иногда развивается "портальная паранойя", ярким выражением которой стало строительство вокруг Долины комплекса оборонительных сооружений ("Периметр").
В 25-м году после Потери связи под руководством Ибрагима ибн-Абулафии и Х.С. Ленцова была построена "петля перехода", позволяющая переместиться с Тверди в соседний мир, названный "Город 12-ти Ворот". С этого момента начинается бурное развитие межмировых исследований, подспудная цель которого - найти кружной путь в собственную галактику.

Город 12-ти Ворот - изначально - огромная, выложенная мрамором площадь, обнесенная стеной, в которой были размещены 12 порталов (уже двунаправленных). За стеной - невидимый Барьер сферической формы, за который проникнуть пока не удалось. Эксперимент ибн-Абулафии-Ленцова запустил все порталы, но благодаря расторопности Координатора Тверди Гуго Базны Город удалось оперативно заселить добровольцами. Переселенцы с Тверди для маскировки создали окутанный многочисленными тайнами и мифами Орден Синих Волшебников, контролирующий жизнь Города. Очень скоро Город стал торговой площадкой, соединившей окрестные миры.